Атомная энергетика, как фактор риска

Дискуссии, возникшие после мирных катастроф на ряде ядерных объектов мира, не утихают. Численность сторонников и противников строительства атомных электростанций примерно равная. Но с годами сторонников безъядерной электроэнергии становится больше.

Настрой властей Узбекистана относительно строительства атомной электростанции вызвала неоднозначную реакцию в Центральной Азии. Противниками идеи выступают в основном жители региона, который имеет географическое соседство с местом дислокации потенциальной станции. Ближайшие соседи узбекского государства в свете имевших место катастроф в Украине, Японии и других странах резонно опасаются за свое будущее.

Межправительственное соглашение между Россией и Узбекистаном о строительстве АЭС было подписано в сентябре 2018 года, и, похоже, объект будет сооружен. На это указывают итоги визита в Узбекистан президента России Владимира Путина, который со своим узбекским коллегой Шавкатом Мирзиеевым обсудил детали данного проекта.

АЭС будет строить российская Госкорпирация «Росатом» на площадке вблизи озера Тузкан Айдар Арнайской системы озер Джизакской области. Стоимость проекта составит около 11 млрд. долларов США, а первый энергоблок планируется запустить в 2028 году. Ожидается, что в результате запуска станции Узбекистан ежегодно сможет экономить порядка 7 миллиарда кубометров природного газа, который при продаже даже без его переработки будет приносить в казну примерно 550-600 млн долларов в год.

Однако даже эти многообещающие цифры и расчеты не вызвали в общественном сознании граждан Узбекистана особой эйфории. Более того, большинство граждан республики объяснимо настороженно отнеслось к идее соседства с атомным реактором. Действительно катастрофы на Чернобыльской АЭС и на Факусиме в Японии наглядно продемонстрировали, к чему могут привести атомные проекты. И даже самые смелые прогнозы относительно экономических благ и выгод не способны затмить потери, вероятность которых маячит вокруг АЭС.

Если рассмотреть многие характерные параметры центрально-азиатского  региона, то надо признать, что это не самое стабильное пространство на карте мира. Если говорить о перспективах атомных станций с точки зрения безопасности вообще, то они имеют довольно высокий процент риска. Выступающие против реализации проекта узбекские экологические активисты уже создали в Facebook группу «Узбекистанцы против АЭС». Его участники направили петицию на имя президента Узбекистана, а также на имя председателя верхней палаты парламента Нарбаевой, гендиректора «Расатома» Алексея Лихачева и руководства МАГАТЭ. В нем они  указывают, что решение о строительстве АЭС было принято без общественных слушаний и общенародной дискуссии. То есть, пока согласия народа Узбекистана нет.

Простые люди обращают внимание правительства на то, что решение принято также без учета мнения специалистов республики. Вопрос такого уровня достоин проведения референдума. В принципе свобода волеизъявления народа по судьбоносным вопросам в узбекских реалиях звучит не совсем типично. Новые власти страны пошли на демократизацию жизни и уважения прав и свобод. Однако в этой проблеме политическое руководство не сочло нужным узнать мнение людей. Видать, условия жесткого автократического правления (1991- 2016) все еще дают о себе знать.

Более того, не учли авторы идеи и особенности географической расположенности республики. Джизарская область одна из сейсмически активных регионов страны. Ежегодно здесь фиксируется не менее 10-12 случаев землетрясения амплитудой от одного до четырех баллов. Да и климат здесь не подходящий для нахождения безопасных мест для хранения ядерных отходов. На этот важный мотив указывают местные эксперты.

Существует и другая опасность. Действующая АЭС может стать мишенью для террористов и экстремистов, которые являются носителями элементов гибридных и ассиметричных войн. Тем более регион, где задумано строительство станции, располагается недалеко от нестабильного  Афганистана. Да и в Центральной Азии, включая Узбекистан, положение в целом неспокойное. Известные события в Ферганской долине (1989), когда в ходе межэтнических трений погибло больше ста человек, регулярные трансграничные конфликты с соседними государствами не вселяют особого оптимизма в плане способности местных элит удержать ситуацию в стабильном режиме в случае чрезвычайных ситуаций на АЭС.

Похоже, правительство среднеазиатской страны не намерено пренебрегает уроками прошлого, и не намерено отказываться от проекта АЭС. А то, что оно не спешит прислушаться к голосу ученых и специалистов, не желает принять во внимание обеспокоенность интеллигенции, вызывает удивление. А ведь общественные силы настроены достучаться до высоких инстанций. Многие общественные и неправительственные организации бьют тревогу по этому проблеме и стараются вынести вопрос на международные дискуссионные площадки. Например, тема поднималась на совещании в ОБСЕ, на котором обсуждалась проблема прав человека в Узбекистане. Общественные активисты как раз высказались о том, как власти республики игнорируют общественное мнение в разрезе многих актуальных проблем.

Примечательно, что совсем недавно другая постсоветская республика Литва обратилась к Совету ЕС с просьбой убедить другую бывшую союзную республику Беларусь пересмотреть отношения к результатам стресс-тестов по БелАЭС. В документах Минск обвиняют в том, что до начала работы первого блока АЭС он не берет на себя обязательств по выполнению рекомендаций по части безопасности. Впрочем, это уже другая история.

Саттар Касумов

  ДРУГИЕ НОВОСТИ РАЗДЕЛА